Материалы


О Божественных энергиях

Реферат по курсу «Патрология»

Преподаватель о. Андрей (Панков)


Божественные энергии Григория Паламы,

логосы Максима Исповедника
и их участие в Творении мира,
изложенное в современной научной терминологии.



Р.Б.Галина (Руссо)

Введение

Отношение современного человека к миру, на наш взгляд, схоже с отношением человека первых веков – времени расцвета гностицизма. Сейчас место гностицизма занято позитивистской наукой с ее иллюзорной истинностью картины мироздания. Православное мировоззрение, в отличие от протестантского, часто просто закрывает глаза на существование науки. Вступать с ней в диалог видимо и действительно неосмысленно, но использовать ее результаты и терминологию для изложения богословских вопросов на языке, доступном неверующему, но образованному человеку, наверное, стоит. «Отцы Церкви всегда стояли на высоте науки своего времени; этот метод они завещали и нам: и мы должны стоять на высоте науки своего времени.» (Б.П Вышеславцев).

Эта работа – дерзкая попытка «перетолковать» в современном научном языке такие ключевые богословские понятия, как Божественная энергия и логос и предложить описание Творения мира в научной терминологии.


Представления Григория Паламы о Божественных энергиях.


Причина окончательного расхождения восточного и западного христианства связана с исихастским спором, возникшем в середине XIV века. К тому времени Церковью, в лице подвижников-монахов, был обретен весьма значительный мистический опыт, делающий возможным реальное соединение с Богом. И тогда встал вопрос о доступности недоступной природы. Каким образом Бог-Троица может быть объектом единения и вообще мистического опыта?

Принципиальную непознаваемость и недоступность сущности Бога не отрицал никто. Суть спора связана с проводимым православным богословием, в отличие от западного, различением в Боге Его сущности и Его нетварных энергий. По учению исихастов, систематизированному св. Григорием Паламой, «мы познаем энергии Бога, но не Его сущность». Такое различение сущности и энергий восходит к каппадокийским отцам. “Мы познаем Бога нашего по Его энергиям, - пишет св. Василий, - но не говорим, что можем приблизиться к Его сущности. Ибо, хотя Его энергии доходят до нас, Его сущность остается неприступною… Энергии Бога не есть нечто существующие отдельно от него, не дар Бога людям. Нет, это Сам Бог в Его действовании и в Его явленности миру… Все творение - одна гигантская неопалимая купина, пронизанная, но неуничтожаемая невыразимым и чудесным огнем божественных энергий.”

Позицию западного христианства развивал высокообразованный монах Варлаам Калабриец. Он считал, что Фаворский свет, виденный апостолами во время Преображения Христова и созерцаемый подвижниками на высоте молитвенного восхождения, есть тварный, вещественный свет или же просто мысленный образ; что этот свет не есть энергия Божия, которая истекала бы из сущности Божией и была бы сама божественной. Существо Бога непостижимо и недоступно человеку, а если энергия - божественна, то Бог оказывается делим - на сущность и энергию, что есть явное двубожие и ересь. Бог - трансцендентная непознаваемая сущность, которая, оставаясь Перводвигателем творения, пребывает в бездействии относительно его бытия и предоставляет ему полную самостоятельность. С Богом общаться можно только посредством мысли, науки и знания, через гипотезы о Нем, а не с Ним Самим. Никакого более полного и реального общения с Богом быть не может.

На эти хитросплетения Палама отвечал, что свет Фаворский не есть ни сама сущность Божия (она не может быть сообщима человеку), ни тварное вещество (тогда бы человек спасался и обоживался сам через себя, т.е. не спасался бы вовсе), но присносущная энергия сущности Божией, отличная от самой сущности, но неотделимая от нее. Энергия не вносит в Божество никакого разделения, ибо сущность остается сама собой как носительница энергий. Переходя к твари и освящая ее, энергия сама не становится тварной, но остается неотделимой от Бога, т.е. остается Самим Богом. Всякая энергия и все энергии вместе суть Сам Бог, но Сам Бог не есть только Его энергии. Если сущность Бога не может быть сообщена человеку, то в Своих энергиях Бог проявляется и сообщается человеку, открывается ему как Любовь. Поэтому возможно и должно быть всецелое общение Бога и человека. Оно ведет к преображению всего человека - и его разума, и мысли, и воли, и чувства, и тела. Человек по сущности никогда не станет Богом, ибо он - тварное существо. Но человеку сообщима энергия Божия, которая есть Сам Бог, и поэтому человек может и должен стать богом, но богом по причастию к Богу, а не по существу. Наш Господь щедр, Он отдает нам не что-то от Себя, но всего Самого Себя, и только поэтому мы и живем, и спасаемся.

Главная цель богословского учения святого Григория — защитить реальность христианского опыта. Спасение — не только прощение. Это подлинное обновление человека. И обновление достигается не высвобождением каких-то природных энергий, присущих тварному бытию человека, но "энергиями" Самого Бога, Который через них встречается с человеком, и объемлет его, и приемлет в общение с Собой. Варлаам же посягал расторгнуть это общение и сделать его иллюзорным. Борьба шла не между двумя учеными монахами по отвлеченному богословскому вопросу, но между двумя образами жизни, один из которых вел человека к замыканию в самом себе и вечной одинокой смерти, другой - к любви и спасению.

Перейдем теперь к изложению догматико-богословского учения Григория Паламы в его главнейших чертах. Основная мысль учения свт. Григория Паламы о Божестве может быть выражена как антиномичное утверждение полной неприступности, трансцендентности и "внемирности" Бога и вместе с тем Его самооткровения миру, имманентности ему и реального Его в мире присутствия. Этот парадокс находит свое выражение в его учении о "сущности и энергиях" Триипостасного Божества. Cвт. Григорий Палама учит о полной неприменимости к Богу, рассматриваемому в Самом Себе, каких бы то ни было наименований, определений и вообще высказываний. Всякое такое высказывание, будет ли оно носить характер утверждения или отрицания, не может, хотя бы приблизительно, выразить подлинную сущность Божию, хотя, конечно, при высказываниях отрицательного порядка легче избежать неправильных представлений о Боге. Более того, самые понятия бытия и сущности неприменимы, строго говоря, к Богу, как превосходящему всякое известное или мыслимое нами бытие (относительное и тварное). "Всякое естество, - пишет Григорий Палама в характерном для него духе апофатического богословствования, - в высшей степени отдалено и совершенно чуждо Божественного естества. Ибо если Бог естество, то все остальное не есть естество; если же каждое из остального естество, то Он не есть естество, как Он даже не есть, если другие существа суть; если же Он есть существующий, другие не есть существующие". Эту неприменимость к Богу понятий бытия и сущности нужно понимать, конечно, не в том смысле, что Бог в Самом Себе как бы лишен содержания этих понятий (ниже бытия), но что Он, как Творец бытия, несоизмерим с ним и бесконечно его превосходит. "Он не есть естество, - пишет Григорий Палама, - как превосходящий всякое естество; Он не есть существующий, как превосходящий все существующее... ничто из тварного не имеет и не будет иметь никакого общения или близости к высочайшему Естеству". Поэтому Божество в Самом Себе совершенно неименуемо и невыразимо, как несоизмеримое со всем тварным: "Нет для Него имени, именуемого в нынешнем или будущем веке, ни слова, образуемого в душе или произносимого языком, ни соприкосновения какого-либо чувственного или умного, ни даже вообще какого-нибудь образа, если только не считать совершеннейшей непостижимости, получаемой путем отрицаний и отрицающей посредством возвышения все, что существует или называется. Итак, непозволительно даже назвать Его сущностью или природой употребляющему эти понятия в собственном смысле". Вследствие этого свт. Григорий Палама предпочитает пользоваться, говоря о Боге в Самом Себе, вместо слова "сущность" выражением "сверхсущность", характеризуя ее при этом такими апофатическими определениями, как "тайная", "неисходная", "невыявленная".

Но одновременно с этой "неисходностью" Бога свт. Григорий Палама утверждает то, что он называет Его "происхождением" (proodos, выступление вперед), какой-то непостижимый вневременный акт Божества, посредством которого Оно из Своего состояния невыявленности и сокровенности обнаруживается миру, выявляется и, таким образом, делается в известной мере доступным твари, приобщающейся Божеству в Его выявлении, или, как выражается Григорий Палама, "энергиях", в то время как состояние неисходности условно обозначается словом «сущность». Это условное обозначение Бога словами "сущность" и "естество" и "бытие" может быть оправдано тем, что всякое тварное естество или бытие становится им по причастию Божественной энергии. В этом смысле, как пишет святитель, "Бог есть и называется естеством всех существ, ибо все являются Его причастниками и образуются Его причастием; не причастием Его естества, да не будет, но причастием Его энергии; ибо в этом смысле Он является и бытийностью существующих... и вообще всем для всех".
«Проявленность» Бога в мире в Его бесчисленных несозданных энергиях, доступность в них Божества для твари и реальность ее причастия в несозданном и Божественном, все это подчеркивается в учении Паламы с не меньшей силой и настойчивостью, чем та, с какой говорится о недоступности и "скрытности" Бога в Его "тайной сверхсущности". То есть, Бог не только обладает сущностью и энергиями, как чем-то объективно отличным друг от друга, но Его сущность и Его энергии нераздельны не только мысленно, но и реально. Энергии Божии, естественно являются, по смыслу учения святителя о Божестве, несозданными - ибо в Боге нет ничего созданного. Признание тварности Божиих энергий неизбежно привело бы, по мысли св. Григория, к признанию тварности и Самого Бога. "У кого энергия тварна, тот и сам не нетварен. Поэтому не энергия Божия (да не будет сего), но то, что является результатом энергии, есть тварь".

Энергии не суть нечто свойственное той или другой Божественной Ипостаси в отдельности, но всей Пресвятой Троице в Ее целом. Это утверждение единства и общности действия Пресвятой Троицы мыслится святителем как следствие Ее единосущия: "Бог, есть Сам в Себе, причем три Божественных Ипостаси естественно, целостно, присносущно и неисходно, но вместе с тем несмесно и неслиянно взаимно держатся и друг в друге вмещаются так, что и энергия у Них одна". "Ввиду того, что Отец и Сын и Дух Святой суть друг в друге неслиянно и несмесно, знаем мы, что у Них в точности едино движение и энергия. Жизнь и сила, которую Отец имеет в Себе, не есть нечто другое, чем у Сына, так что Он [Сын] имеет ту же с Ним [Отцом] жизнь и силу; так же и Дух Божий". И это единство действия Святой Троицы не есть (как это бывает в мире тварном) только единство по подобию, но тождество в полном смысле этого слова. "У трех Божественных Ипостасей энергия едина не как подобная, как у нас, но воистину едина и числом". Поэтому и "вся тварь есть дело трех" (Ипостасей), Их единой "несозданной и соприсносущной энергии». Настаивая на этой общности и тождестве энергии Святой Троицы, Григорий Палама признает, однако, что в некоторых случаях отдельная Ипостась - Сын или Святой Дух - обозначаются как энергии Отца. Но это обозначение свидетельствует, по толкованию св. Григория, не о тождестве Ипостаси Сына и Духа с энергией Отца, а об обладании Ими всей полнотой Его энергии. "Не только единородный Сын Божий, — пишет он, — но и Дух Святый называется у святых энергией или силой; но [Он так ими называется] как имеющий неизменными сравнительно с Отцом силы и энергии». Не будучи, таким образом, тождественной ни с одной из Божественных Ипостасей Святой Троицы, энергия не обладает, однако, и своей собственной особой Ипостасью, как лишенная самобытного и отдельного существования вне Божественной сущности. Об этом Палама высказывается следующим образом: "Ни одна из энергий не ипостасна, то есть не самоипостасна".

Сущность Бога рассматривается святым Григорием как причина энергии, так как непризнание такого «причинного» превосходства сущности над энергией неизбежно привело бы к нарушению единства Божества. "Не приемлющие сие, - пишется в актах Собора 1351 года, - воистину многобожники, как утверждающие множество начал и не возводящие к единой причине и единому началу то, что существенно усматривается около Бога". В этом смысле (причинного отношения) "Бог по существу превосходит Божественную энергию...»
Это причинное отношение не может быть мыслимо подобным причинности, существующей в тварном мире, но его следует представлять "боголепным образом", как неоднократно выражается св. Григорий. Поэтому и различие между сущностью и энергией носит совсем иной характер, нежели обычные, логически определяемые и классифицируемые различия объектов тварного мира. Богословствовать нужно, по выражению Паламы, "соединенно различая Божественное и различенно Его соединяя". "Мы не мыслим,-— пишется об этом в соборном акте 1351 года, - ее [энергию] как [находящуюся] вне существа Божия, но, зная ее как существенное и естественное движение Бога, говорим, что она происходит и истекает из Божественного существа, как из присносущного источника, и без него никогда не усматривается, но раздельно с ним пребывает и от вечности сосуществует с Божественным существом и нераздельно с Ним соединена, не будучи в состоянии когда-либо разделиться от Божией сущности ни веком, ни каким-либо временным или местным расстоянием, но вневременно и предвечно из нее происходит и неразрывно с нею сосуществует".

Вслед за основным различием между сущностью и энергией, как между причиной и тем, что этой причиной обусловлено, святитель указывает на другие важные между ними отличия: в то время как сущность непричастна, неделима, неименуема и непостижима, энергия причастна, именуема и постижима. Божественная сущность и энергия, - формулирует учение Паламы Собор 1351 года, - "отличаются друг от друга тем, что Божественная энергия бывает причастна и делится неделимо, и именуется и мыслится неким образом, хотя и неясно из своих следствий [то есть творений], а сущность непричастна, неделима и безымянна, то есть как совершенно сверхымянная и непостижимая". К этой непричастности Божией сущности святой отец возвращается не раз в своих творениях, подробно разбирая те последствия, к каким привело бы нас противоположное мнение. Основная мысль его доказательств состоит в том, что тварь, причастившаяся самого существа Божия, будет, вследствие неделимости Божиего существа, обладать всей полнотой Его свойств и вообще существенно сольется с Богом, став сама новой Божественной Ипостасью (при неотделимости ипостаси от сущности) так, что вместо Триипостасного Бога мы будем иметь Бога с бесчисленными ипостасями, сколько есть причастников - ибо, как пишет св. Григорий, "сущность имеет столько ипостасей, от скольких приобщается". Вообще, мы утратим всякую грань между Творцом и тварью (иначе говоря, дойдем до чистого пантеизма).

Неразделение в Боге сущности и энергии разрушает, по мнению Паламы, все церковное учение о Боге Триипостасном, Творце и Промыслителе. "Если ничем не отличается от Божественной сущности Божественная энергия, то ничем не будет отличаться творчество, которое свойственно энергии, от рождения и исхождения, которые свойственны сущности... Если же творчество не отличается от рождения и исхождения, то и тварь не будет отличаться от Рожденного и Исшедшего... то и Сын Божий и Дух Святый ничем не будут отличаться от тварей. И все твари будут порождениями Бога и Отца, и обожествится тварь и Бог сопричислится к тварям". Развивая эти мысли, св. Григорий Палама показывает, что неразличение в Боге сущности и энергии приводит к утверждению тварности Второй Ипостаси (вследствие отождествления творения и рождения) и к допущению многосущности Бога, как обладающего множеством энергий.

Для выражения непостижимой тайны отношений в Боге сущности и энергий, святитель нередко прибегает к символическим образам, заимствованным из мира видимого. Наиболее часто встречаемый у него образ состоит в уподоблении сущности Божией солнечному диску, а исходящих из нее энергий — лучам или солнечному теплу: "Как солнце, неумаленно передав причащающимся от [своей] теплоты и света, имеет их [то есть теплоту и свет] своими врожденными и существенными энергиями, так и Божественные передачи, неумаленно существующие в передающем, суть его естественные и существенные энергии". Этой же аналогией хорошо иллюстрируется серьезно аргументированное святителем убеждение, что Бог - Существо совершенно простое и несложное, не имеющее в Себе никаких различий, кроме троичности Ипостасей. Действительно, солнце не разделяется на составные части, излучая свет.

Григорий Палама часто акцентирует внимание на том, что Бог не устранился от мира, сотворив его, как утверждал Варлаам. Да не будет! Бог присутствует в тварном мире Своими нетварными энергиями, которые представляют собою способ бытия Бога вне Божественной сущности. Нетварная благодать укоренена в самом акте сотворения человеческой природы. По замыслу Творца, человек есть существо, которое изначально содержит в себе нетварную Божественную благодать. По словам Антония Сурожского: «Благодать – не просто тварный дар Бога, а Сам Бог, как бы переливающийся через край Своего Божественного и непостижимого совершенства, достигающий до нас, как волна морская, охватывающий нас и приобщающий нас к Самому Божеству».

Логосы Максима Исповедника

В современном богословии часто отождествляются понятия энергии Григория Паламы и логосов Максима Исповедника (например, у епископа Диоклийского Каллиста). Рассмотрим, поэтому, учение о логосах (словах), разработанное византийским мыслителем и богословом Максимом Исповедником (скончался в 662году) и святым Иоанном Дамаскиным (скончался около 780 года).

Понятие логоса не относится к материальному миру, который человек воспринимает органами чувств. Оно возникает (как и понятие о Божественной энергии) в аскетической практике подвижников. Тот, кто сподобился благодатного дара видения невидимого, видит не просто вещи, внешние образы, события, поступки, процессы, но их внутренний смысл – логос. Совершенные, по словам Максима Исповедника: «зрят одни только логосы написанного, обнаженные от наложенных на них письменных знаков».

Логосы Божии – это внутренняя основа и сущность всего существующего. Это «смысл всех смыслов» (свт. Григорий Богослов). Святые отцы говорили о логосах как о «первообразах, которые существуют помимо чувств» (М.И.), как о Божиих «идеях-волениях, волящих мыслях» (И.Д.). Это идеи-прообразы, согласно которым Бог «и предопределил, и произвел все существующее» (Дионисий Ареопагит). Это Его мысли, ведь «Бог творит мыслью, и эта мысль … становится делом» (И.Д.). «Слово Мое, которое исходит из уст Моих, - оно не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его» (Ис.55:12). Логосы – это и образующее начало всякой твари, и орудия, посредством которых Бог творит мир. Это «действующая причина всего сотворенного» (св. Василий Великий). Это и идея, и принцип, и закон тварного бытия, и цель, к которой тварь устремлена (М.И.). «В отношении к Богу – это Его идеи, хотения. В отношении к каждой вещи – ее формирующий принцип, по которому она получила бытие, ее закон. В отношении к деятельности – ее смысл, цель, намерении, план, правило» (С.Л.Епифанович).

Как мысли человеческие еще не весь человек, так и мысли Божии еще не весь Бог. Сущность Божия превышает Его идеи. Греческие отцы писали, что изволения Бога о мире находятся не в сущности Божией, а в том, что Ей последствует – в Божественных энергиях. Божественные энергии, а значит и Его замысел о мире – вечны. Св. Иоанн Дамаскин называет логосы «предвечным и всегда неизменяемым Божиим Советом» (Советом – не в смысле «совещанием», а – «волеизъявлением). Это не естество Божие, а мысль, общая воля Пресвятой Троицы, Слово Божие о мире. Именно эти мысли (логосы, слова), «извечные причины тварных существ» и образуют вечную реальность. «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мф.24:35) – значит, они реальнее привычной нам материальной реальности.

Слово – Второе Лицо Пресвятой Троицы. То Слово, чрез Которое все «начало быть», и без Которого «ничего не начало быть, что начало быть» (Ин.1:3) – это Божественная Ипостась, это Сам Бог, Его откровение в мир (Григорий Богослов). Тварный мир существует вне Бога, («не по месту, но по природе» -И.Д.), но логосами «засеяно» все пространство тварного мира. Таким образом, Бог сразу и «вне» и «внутри». Мир творится согласно логосам, но не сами логосы становятся тварными существами.

Нам незнаком такой тип взаимоотношений, аналогов ему в мире сем не существует. Блаж. Феофилакт Болгарский так выразил эту парадоксальность: «Слово, оставаясь тем, чем Оно было, стало тем, чем Оно не было».

Итак, мы живем одновременно в двух мирах – тварном, материальном – реальность которого удостоверяется нашими органами чувств, и другом, неявленном нам видимо. По М.И. вся тварь разделяется «на логос и внешнюю явленность». Видимое творение обладает духовными логосами. Бытие – совокупность логосов, переплетающихся друг с другом. Логосы являются как бы надмирной основой бытия твари. Их «уплотнение» образует всю видимую тварь. Весь мир как бы висит на логосах, имея в них свою истинную сущность.
Мы воспринимаем только внешние образы вещей. Максим Исповедник: «кто естество зримых вещей не определяет одним только чувством, но умом мудро взыскует смысл в каждой твари, тот находит Бога». Находит потому, что в каждом из сущих (в их логосах) сокрыты идеи, необходимые человеку для его обожения. Каждая тварь как бы показывает нам тропинку к Богу. Подвизающийся в духовном делании, по словам М.И.: «принимает, словно даяния, естественные законы сущих, воспроизводя их в способах осуществления добродетелей». Эти начертанные в логосах тварей способы осуществления добродетелей св. Максим называет «тропосами». Весь материальный мир тогда – своеобразное символическое учебное пособие. Святитель Феофан Затворник называл мир «училищем благочестия».

О Творении - языком современной науки.

Отождествление понятий Божественных энергий и логосов творения, встречаемое у современных богословов, кажется нам не совсем правомерным. По крайней мере, если сопоставлять эти понятия с представлениями современной науки, то становится возможным провести их различение.

Рассмотрим аналогию (конечно, неполную) между Творением Богом вселенной, материального мира – дома человечества и строительством человеком вполне конкретного деревянного дома. Что нужно для такого строительства? Нужны подходящие материалы и соответствующие действия – то есть к материалам необходимо приложить энергию. Но этого мало. Если строитель никогда раньше не видел дома, если он не знает, что делать с пилой и рубанком, а из гвоздей умеет изготовлять только ожерелья, вряд ли ему удастся выстроить нечто, пригодное для проживания – сколько бы энергии он не вложил в свое дело. То есть, чтобы что-то создать, нужно иметь план, проект строения, и обладать другой разнообразной информацией. Энергию и информацию отождествлять нельзя; другое дело, что энергия может служить носителем информации – как, например, электромагнитные колебания в человеческой технике переносят звук и изображение. Для этого они подвергаются модуляции, иначе говоря – «наложению» информации.

Бог сотворил мир из ничего. Материи в Его распоряжении не было, ее еще предстояло создать. Вселенная «создана из ничего, в том смысле из ничего, что не было первичной материи. Вечной материи нет, как вообще нет материи, а только энергия в ее различных формах, конденсация которой и является в форме материи» (свт. Лука Войно-Ясенецкий). Действительно, тварная энергия (та, о которой говорят физики) вполне подходит под определение «ничто» - ведь многие ее виды никак не воспринимаются человеком, то есть феноменологически для него не существуют. Тем более нетварная энергия (для визуализации которой, слава Богу, еще не изобретено физических приборов) может обозначаться как то самое «ничего», которое послужило субстратом для сотворения материи.

Материя и тварная энергия (будем называть ее физической и иметь в виду прежде всего – для удобства рассуждений - ее электромагнитную форму) есть, по сути, одно и то же. Представление о материи как о незыблемой тверди подверглось в физике 20 века решительному пересмотру. Атомы, из которых состоят все тела, расположены на огромных, по сравнению с их собственными размерами, расстояниях. В свою очередь, и они сами состоят практически из пустого пространства. Атомное ядро занимает всего лишь одну триллионную часть всего атомного объема. Остальное пространство атома занято электронным облаком, про носителей которого можно сказать, что они занимают какой-то объем чисто условно. Таким образом, материя представляет собой скорее крохотные островки субстанции в океане пустоты, нежели твердое вещество, воспринимаемое нашими органами чувств. Да и природа этих островков — элементарных частиц, выходит за рамки обыденного здравого смысла. По современным представлениям их следует рассматривать в качестве эфемерных сгустков энергии, которые удивительным образом одновременно сочетают в себе корпускулярные и волновые свойства. Можно говорить, что материя – это определенным образом организованная энергия.
Здесь физики не противоречат богословам. Свт. Лука (Войно-Ясенецкий), например, в физической энергии, в частности, электромагнитной, видел нечто полуматериальное, при этом Божественную энергию он мыслил как некий субстрат, конденсацией которого в сотворении мира явилась вся тварная природа: «Всесозидающим и всепоглощающим, бесконечным потоком духовной энергии Божественной любви создана вселенная». Григорий Палама: «то, что является результатом энергии, есть тварь». В.Лосский: «Идеи предустанавливают различные модусы приобщения к энергиям, различные и неравные степени восхождения для различных категорий существ…».

Объединив эти представления, можно сформулировать такое утверждение: материя и физическая энергия – это феномены, возникающие из нетварной энергии путем внесения в нее упорядочения, организации. Замысла, плана, идеи, Логоса, Слова. А в современной терминологии – информации. Той самой, которая в количестве десяти в двести пятидесятой степени байт содержится в одной живой клетке.

И Божественные энергии и Логосы превечны, они – атрибуты вечного Бога. А материальный мир имеет начало – в том смысле, что когда-то его не существовало. Что произошло «в начале», что инициировало Творение? Святые отцы единодушно утверждают: в Божественной природе нет ничего, что являлось бы необходимой причиной создания тварного; Творение есть акт воли, а не акт природы.

Значит «участвовать» в Творении могли Божественные энергии и Божии мысли-воления (за вульгарность терминологии здесь и далее - прошу прощения, по другому не получается). Но они существовали и до Творения. Может быть – они существовали по-отдельности, не сливаясь друг с другом, не «накладываясь» (если предствалять их по аналогии с электромагнитными волнами) друг на друга? А волевой акт Творения как раз и состоял в том, чтобы «соединить» их друг с другом?

Тогда становятся понятными и утверждение Максима Исповедника, что тварный мир подвешен на логосах, и слова Филарета Московского «Тварные существа поставлены на творческом слове Божием, как на алмазном мосту, под бездной Божественной бесконечности, над бездной собственного своего небыитя». Вся материя, живая и неживая, есть Божественная энергия, приведенная в вещественное состояние Словом Божиим, иначе говоря – модулированная информацией, в которой «закодированы» различные уровни организации тварного мира. Материальный мир стоит, пока звучит Слово.

«Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мф.24:35) – в этих словах залог нашего бессмертия. Изменится нечто в потоке информации и энергия сконденсируется в «другую» материю – такое уже было при Творении мира Ангелов.

Сотворив наш мир, Господь не оставил Свое Промышление о нем – и Божественные энергии, несущие информацию, необходимую для поддержания должной организации всего сущего, продолжают поступать «в систему». Вот почему феномен жизни (и вообще то, что во Вселенной существует еще порядок) вызывает удивление физиков. Ведь доказано, что 2-й закон термодинамики действует всегда и везде. А из него вытекает, что в закрытой системе, каковой и считается Вселенная, растет энтропия, то есть порядок и организованность со временем должны сменяться хаосом. Просто система открыта – для Бога, и Его дары всегда приготовлены для нас. Сын держит все словом силы Своей – пишет апостол Павел в Послании к Евреям.

Например, жизненная энергия, та, которая, по Григорию Паламе, животворит тело человека. Она дается всем, рожденным на Земле, ведь все равны перед Богом. «Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Мф.5:45). Жизненная энергия дается человеку вне зависимости от того, хочет он ее принять, или нет. Здесь не место свободе выбора, поскольку без нее человека просто не было бы. Получает ее человек во время сна – недаром люди гораздо дольше могут не есть и не пить, чем не спать. И исходя из этого можно высказать предположение о «характеристиках» энергии.

Сон человека разделяется на периоды с различными частотами электромагнитных колебаний мозга. Во время так называемого «медленного сна», необходимого для поддержания телесной жизни, частота колебаний мозга близка к 1 герцу – то есть к одному колебанию в секунду. Видимо, эта частота как-то соотносится со способностью к восприятию Божественной жизненной энергии. Недаром святые отцы в один голос говорят о необходимости погружения ума в сердце во время молитвы. Ведь частота сердечных сокращений – около 60 ударов в минуту – это как раз один герц. Электроэнцефалографические исследования последних лет (проф. Слезин, Институт мозга) показали, что во время молитвы частота мозговых излучений снижается с 10-12гц, что обычно для состояния бодрствования, до 1-3 герц. Если еще добавить известные факты о том, что люди, постоянно пребывающие в глубокой молитве, могут почти не спать, становится вероятным, что частота колебаний в один герц является некоей особой частотой, на которой Бог «связывается» с человеком.
Для «поддержания в порядке» всего разнообразия материального мира – вплоть до каждого отдельного атома - необходимо огромное количество информации (носителем которой является энергия). Она должна быть всегда и везде – для Бога нет категорий времени и пространства, они чисто человеческие. И тут физики не протестуют. Более того, о том же самом говорят феномен голографии, эффект Бома, парадокс Эйнштейна-Розена-Подольского, концепция морфогенетических полей Шелдрейка: информация о всей вселенной содержится в каждой точке вселенной.

Среди этой информации обязательно должен быть огромный массив «технической» - как устроены атомы и молекулы, клетки, особи и виды живых организмов, языки человечества и все-все-все. Такая своеобразная «техническая документация». Именно ее изыскивает человек с помощью научных методов и оккультных практик (пример: чакры – механизм распределения жизненной энергии в организме человека). Информацию о прошлом и будущем «извлекают» пророки и экстрасенсы. Есть и смешные случаи. Один известный педагог, вместо того, чтобы учить детей математике, учил их – и весьма успешно – «вытаскивать» из логосной сокровищницы решения примеров (это, кстати, свидетельствует о том, что в этом хранилище есть все прошлые и будущие знания человечества).

Основной вопрос, который современная цивилизация задает миру – как он устроен; ну и еще, конечно, как мы можем использовать его для своих земных нужд, «что мы с этого будем иметь». И для решения этих вопросов использует горделивый человеческий рассудок – «сбежавший» из сердца разум. Святые отцы учили другому видению мира. В их представлениях, чувственный мир – это то, что Бог говорит человеку и о нем самом, и о Себе, и о Царстве будущего века. «Для обладающих духовным зрением весь умопостигаемый мир представляется таинственно отпечетленным во всем чувственном мире посредством символических образов» (св. Максим Исповедник). Но для этого нужно видеть сердцем. «Сердце имеет свои резоны, которых разум совсем не знает» (Б.Паскаль).

Заключение

Конспективно описанная выше «модель» Творения ни в коем случае не претендует на какую-либо самостоятельную ценность. Нового в ней – только язык изложения, причем весьма корявый, неотработанный. Ничего она не проясняет, а только «передвигает» момент таинственности в картине Творения в другое место. Людям верующим подобные модели абсолютно не нужны. Но для тех, кто истину не отделяет то научной терминологии, она может оказаться полезной.



Назад в раздел
© 2010-2018 Храм Успения Пресвятой Богородицы      Малоохтинский пр.52, телефон: +7 (812) 528-11-50
Сайт работает на 1С-Битрикс